Валентин Бернадский о Фёдоре Захарове

Валентин Бернадский о Фёдоре Захарове

В 1950 году я был направлен на преподавательскую работу в Крымское художественное училище им. Н.Самокиша.
 В кабинете директора училища меня приветствовал новый директор – Николай Бортников. Рядом с ним стоял, добродушно улыбаясь, высокий молодой человек с небольшой рыжеватой бородкой. Он улыбнулся, взял мою руку в свои большие, сильные ладони и представился – Фёдор Захаров. Со студенческой непосредственностью сразу перешли на «ты», завязался общий разговор. Бортников заметил: «Ну, братцы, в Крыму собирается целая группа молодых художников из столичных вузов, сразу девять человек». 
 
Легко и быстро сложился дружный коллектив преподавателей-единомышленников. Мы стремились дать своим ученикам необходимые профессиональные знания и навыки, но главное – зажечь в их душах любовь к искусству, а в методике и практике преподавания специальных дисциплин — рисунка, живописи, композиции – можно сказать, совершили настоящий переворот. 
 
fedor-zakharov-painting

Бухта в Гурзуфе, 74x105

 
Однако совмещать творческую и преподавательскую работу было весьма сложно, и вскоре Захаров и я оставили училище. Федор переехал в Ялту, где ему предоставили квартиру, и он, как говорится, с головой «погрузился» в живопись. Работал ежедневно, неутомимо, с утра до позднего вечера, а когда стемнеет, любил писать ночные натюрморты. Он много и плодотворно работает в творческих группах. Почти каждый год, ранней весной или осенью, он пишет этюды в гурзуфском доме творчества им. К.Коровина или же в доме творчества «Седнев» на Черниговщине. Командированные туда художники получали бесплатное жилье, мастерскую, питание, обеспечивались всеми необходимыми материалами. 
 
С Федором Захаровым я всегда был в добрых дружеских отношениях. Вместе, бывало, работали в творческих группах в Гурзуфе, Седневе, или же выезжали на все лето писать этюды в Судак, в село Уютное, Коктебель. По натуре своей простой и добрый, Федя всегда доброжелательно относился к своим товарищам, к молодым художникам, в работах которых видел «искру Божию». 
 
fedor-zakharov-painting-2
Бухта Татарка, 23х43
 
Помнится, как-то летом Ф. Захаров, Н. Бортников, В. Апанович и я писали этюды в Коктебеле, и в жаркий июльский день, решив после работы искупнуться, мы шли гурьбой по коктебельскому пляжу, как вдруг кто-то сзади обнял Федю за плечи с веселым, на весь пляж, басовитым смехом: «Ну, братец, мне казалось, что самый длинный это я! Но ты, дружище, тоже... впрочем... (смерив с ног до головы) нет, все-таки я длиннее...» — удовлетворенно заключил незнакомец. Федя страшно смутился, узнав знаменитого киноактера Николая Черкасова, которого все хорошо знали по фильмам «Иван Грозный»», «Петр Первый», «Мы из Кронштадта» и др. Заметив смущение Захарова, он весело перевел разговор на другую тему, а затем мы все вместе пошли пить хорошее крымское вино.
 
Федор любил работать с большими холстами и расправлялся с ними лихо, за какие-нибудь 15-20 минут широкими кистями «раскрывал холст», устанавливая основные, цветовые отношения. А на другой день, если появлялось желание закончить этюд (чаще всего состояние в природе было уже другое), Федор безжалостно снимал мастихином все «вчерашнее», заново уточняя отношения, работая уже в новой гамме. Многие пытались ему подражать... Помнится, будучи руководителем группы в доме творчества «Седнев», Захаров недовольно ворчал: «С ума все сошли — тащат на этюды холсты больше себя. А ведь на большом холсте все сложнее — и ничего у них не получится!». 
 
С большим тактом, чтобы не обидеть, останавливался на недостатках того или другого этюда, советовал молодым художникам пристально, глубоко изучать натуру.
Иронично относился к тем, кто делал подробный контурный рисунок, а затем раскрашивал его, копируя натуру. 
 
Иногда Федор работал в моей мастерской (своей мастерской у него долго не было). Он никогда не говорил много об искусстве, но однажды, когда мы писали весенние цветы на фоне темного неба, он горячо, убежденно заговорил о колоссальном значении цвета, колорита, об особом значении тона, о профессионализме, традициях, новаторстве и т.д. Я еще раз убедился в его предельной взыскательности, не успокоенности. 
 
fedor-zakharov-exhibition
На персональной выставке, посвященной 60-тилетию автора
 
Ф.Захаров писал очень много этюдов на пленэре, писал с какой-то почти маниакальной настойчивостью часто одни и те же мотивы.
В этюде-пейзаже он стремился уловить мимолетность впечатления, настроение, состояние природы в какой-то момент. 
 
Но и в работе над картиной у него сохраняется свежесть и непосредственность этюда, будто все написано в одно мгновение.
Самой значительной и важной задачей его живописи было не «что», а «как». Он не брался за так называемые «социальные заказы» и еще более негативно относился к разного рода формалистическим выкрутасам. Федор Захаров... Это, мне думается, тема отдельного большого искусствоведческого исследования. Верю, придёт время, когда крымчане будут гордиться современными мастерами живописи так же, как нынче гордятся именами И. Айвазовского, К. Богаевского, М. Волошина, Н. Барсамова. 
 
Захарова уже нет с нами... Но его искусство – искусство высокого и сложного духовного порыва – останется с нами навсегда.
 

Бернадский В.Д. Народный художник Украины Народный художник Российской Федерации 

 

Больше воспоминаний о авторе и его полотен с разных периодов жизни в каталоге "Фёдор Захаров", 2016. 

fedor-zakharov-catalogue

 

Биография, а также картины Фёдора Захарова по ссылке: Фёдор Захаров в галерее Арт-Юг

ПОДПИШИТЕСЬ